А судьи где?

В Пермском крае не только сильная химическая промышленность, но и отраслевой профсоюз европейского качества. В этом убеждает его подход к трудовым спорам на предприятиях отрасли. Вот и о ситуации, сложившейся на предприятии «Хенкель-Пемос», есть обнадеживающие новости. О них нам рассказал Алексей Клейн, председатель Пермской краевой организации Российского профсоюза работников химических отраслей промышленности:

– Какова позиция отраслевого профсоюза по поводу трудовых споров, касающихся увеличения заработной платы?

– Это не просто позиция, это – генеральная линия работы профсоюза. Если трудовой коллектив выдвигает требование к работодателю повысить зарплату, то профсоюзный деятель работает над продвижением интересов своего работодателя трудового коллектива.

– Так ведь вроде бы не время: кризис на дворе…

– Стоит заметить, что по результатам девяти месяцев 2008 года уже перекрыты показатели работы химической отрасли Прикамья за весь 2007 год. И сегодня нет никаких оснований для принятия на предприятиях каких-то непопулярных мер. Мы говорим не о снижении заработной платы, а продолжаем вести работу по ее повышению. Ориентиры дал премьер Владимир Путин на первом заседании Правительства РФ: заработная плата должна расти не менее чем на 10% без учета уровня инфляции. Никто не снимал эти обязательства с бизнеса.

– А если бизнес сам снимает с себя обязательства?

– Сейчас платить меньшую зарплату, чем платили, в соответствии с действующим законодательством будет неправильно. А компания, проводящая такую политику, станет зоной особого внимания.

– И что ей за это будет?

– Параметры коллективных договоров и отраслевого тарифного соглашения содержат реальные экономические показатели и рубежи, а не декларацию о намерениях. Но в кризисный период был бы эффективен государственный орган, аналогичный Госплану, а также министерство по труду. В Пермском крае нет органа, который бы в соответствии со статьей 404 Трудового кодекса РФ разрешал коллективные трудовые споры. Необходимость такой структуры показали трудовые споры в Красновишерске, на фабрике «Нестле», в компании «Хенкель-Пемос».

– Что удалось сделать имеющимися силами, чтобы разрешить трудовой спор на предприятии «Хенкель-Пемос»?

– 8 декабря на заседании у заместителя председателя правительства Пермского края совместно с представителями министерства промышленности, председателем крайсовпрофа, представителями первичной профсоюзной организации мы договорились о разрешении ситуации на «Хенкель-Пемос».

Юрий Уткин поддержал нашу договоренность с членами Общественной палаты РФ о рассмотрении коллективного трудового спора в Трудовом арбитражном суде Москвы и обещал оповестить письмом господина Гюнтера, президента компании «Хенкель-Пемос».

В Перми, к сожалению, нет даже временного трудового арбитража, поэтому мы и апеллируем к столичным специалистам. Суд может просчитать экономические показатели компании «Хенкель-Пемос» и сказать, правы мы или не правы. Мы примем его обоснования, доказанные цифрами, и разойдемся выполнять обязательные для сторон решения. В любом случае работодателю предложен способ разрешения спора. Если г-н Гюнтер подпишет соглашение о том, что готов пойти на рассмотрение трудового спора в суде, то это будет конструктивный выход из ситуации.

– А если нет?

– Если не подпишет, то отказ будет рассматриваться как уклонение от примирительных процедур. Кроме этого, в период, когда за социальную стабильность отвечают все стороны социального партнерства – и профсоюзы, и работодатели, и органы власти – отказ будет рас ценен так, что господин Гюнтер не желает социального спокойствия в Перми. То есть конкретный работодатель , конкретный человек подрывает основы социального мира в краевом центре. Думаю, что для него это будет иметь очень тяжелые последствия.

– В России привычнее, что «тяжелые последствия» чаще возникают не у работодателя, а у протестующих рабочих.

– Трудовой кодекс предполагает проведение пикетов, митингов, шествий, забастовок. Мы не прибегаем к неправовым формам протеста, голодовке и самосожжению, это не наши методы. Когда нет деятельных представителей профсоюза, на предприятие внедряются подготовленные люди, которые могут устраивать массовые беспорядки вне рамок закона. Мы убедились в этом, когда в Мурманской области люди отказались выходить из шахты, засели в помещениях со взрывчаткой и потребовали: пока не повысите в два раза зарплату, не выйдем. Оказалось, что это несколько учеников, намеренно устроившихся на работу в шахту. Они не были членами профсоюза, которые могли бы вести трудовой спор. Это «казачки», нанятые для проведения акций негативного пиара вокруг предприятия. И дело было сопряжено с возможностью взрывов, гибели людей и разрушения шахты.

Сегодня мы получаем информацию о подобных «казачках» и на наших предприятиях. В отсутствие профсоюза всегда возможно его замещение на тех людей, которые действуют в угоду конкурирующему бизнесу или какой-либо оппозиционной политической силе. Поэтому трудовые споры работодателю лучше вести цивилизованно, в рамках закона, с легитимными представителями наемных работников.

– Кто же все-таки в Перми будет защищать интересы наемных работников?

– Общественная палата РФ взяла под контроль ситуацию в компании «Хенкель-Пемос».

Думаю, власть осознала конструктивность предложения профсоюзов. Еще один важный итог совещания в правительстве края – одобрено решение создать трудовой арбитражный суд в нашем регионе. Кстати, в этом мы можем рассчитывать на поддержку представителей Общественной палаты РФ, ФНПР и помощь специалистов Евросоюза, в том числе финансовую.